Чтобы выдержать полтора часа столь напряженной бессловесной истерии у зрителя периодически возникает необходимость в рекреации. Ей способствует — в унисон дарк фолк эстетике постановки — музыка группы "Плато": нойз, сыгранный вживую, расширившийся до психоделики и этники, где нет ни одного второстепенного инструмента, где нет ни одной врезающейся в память мелодии — а лишь общее эмоциональное атмосферное облако.

Минский молодежный театр эстрады — несмотря на весь свой внутренний совкизм и стремление выжить в сложных недорыночных условиях — стал если не островком культурной свободы, то его миражом. Может быть, поэтому уже в который раз на его сцене — театр "Инжест" со своим эпатирующим спектаклем "ДК Данс". Прошло уже более трех лет после его премьеры, однако каждая актуализация этого несхожего с чем бы то ни было действия будоражит зрителя и собирает полный зал.

"ДК Данс" чересчур нагроможденное постмодернистское полотно, состоящее из лоскутов средневековой мистерии, обломков старинной японской традиции, Дель Арте, классической пантомимы, многочисленных импровизационных находок, рождающихся на стыке пластических техник. Публика своя — понимающая, внимающая каждому жесту, каждому звуку, синхронно затаивающая дыхание в особые моменты — здесь не встретишь случайного зрителя.

Маски, яркие наряды, сменяющиеся лохмотьями на черном театральном фоне безмолвно кричат о том, что на сцене разыгрывается что-то значительное и настоящее, и что именно человек — творческий, а потому страдающий — и есть венец и апокалипсис планеты. Осовремененный декаденствующий экзистенциализм, эмоциональный эксгибиционизм как ритуал для достижения личностной свободы, постигаемой через боль и неприятие окружающей действительности. Действие взрывается на сцене и отзывается эхом в зале. Оно актуально и понятно. Оно захватывает, потому что искренний надлом не может оставить равнодушным. Он настойчив, непримирим и заставляет зрителя стать частью спектакля не только через поливание зала из клизмы или бросание в него конфетами, но и тогда, когда грязные измученные актеры, спотыкающиеся на родных ходулях, с визгом и страхом падают в ошарашенный зал — будто намекая, что те, кто пришел одобрительно хлопать в ладоши в конце спектакля, никогда не станут такими же, как те, кто швыряет в них свое искусное тело и раненую душу. Чтобы ходить (а уже тем более пластически двигаться) на ходулях просто необходимо научится падать, и помнить, что дает это падение.

Чтобы выдержать полтора часа столь напряженной бессловесной истерии у зрителя периодически возникает необходимость в рекреации. Ей способствует — в унисон дарк фолк эстетике постановки — музыка группы "Плато": нойз, сыгранный вживую, расширившийся до психоделики и этники, где нет ни одного второстепенного инструмента, где нет ни одной врезающейся в память мелодии — а лишь общее эмоциональное атмосферное облако.

"Инжесту" уже более двадцати лет и, если вообразить его ребенком Вячеслава Иноземцева, то можно сказать, что это как раз тот возраст, когда сложнее всего идти своим путем — потому что становится тяжело быть как все, а найти и осмыслить, познать себя, как правило, еще не удается. И именно на этом этапе кризис может переродиться во что-то настоящее. Например, в настоящий Театр.

Текст: Елена Жукова
Фото: Максим Шумилин

2005-11-29 © mixtura.org